Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Наши новости

В Каповой пещере состоялся концерт Национального оркестра народных инструментов РБ Сегодня, 15 сентября, в Каповой пещере в рамках 48-го Всемирного конгресса СИОФФ выступил Национальн.....
Философия борца, идея созидания На соискание Государственной премии РБ имени Салавата Юлаева.....
АТА-БАБА МОҢОН БЕЛЕП ҮҪҺЕНДӘР! Быуындар араһында бәйләнештәрҙе нығытыуҙы мөһим маҡсат итеп куйган төркөм.....
Впервые в Каповой пещере (Шульган-Таш) сыграет оркестр! Данное событие произойдет 15 сентября. И первыми в зале знаменитой на весь мир пещеры выступит Нацио.....
«Аргымак» представит Башкортостан на «Вселенной кочевников» в Киргизии В Киргизской Республике проходят III Всемирные игры кочевников.....
КЕМ КЕМДЕ УҘЫП КИТЕР? http://yuldashfm.ru/ba/hit-parad.....
ГАСТРОЛИ Гастроли коллективов Октябрь 2018.....
ГАСТРОЛИ Гастроли коллективов Сентябрь 2018.....
Проект Башкирской филармонии в списке претендующих на премию им. Салавата Юлаева в 2018 году Стали известны произведения, претендующие на соискание Государственных премий Республики Башкортоста.....
«МУЗЫКУ СЛУШАЕМ ВМЕСТЕ» снова с вами! Проект открывает свой шестой сезон!.....

Опрос

Как Вы оцениваете работу филармонии?

Архив

Статьи

Новости

Полезное

Выборы 2018

Абонементы

Всероссийский старт продажи абонементов

Подробнее...

ЭЛЕКТРОННЫЕ БИЛЕТЫ

Продажа билетов онлайн

Получить всю информацию о  наличии и стоимости билетов  теперь легко: не выходя из дома,   с мобильных устройств, подключенных к сети Интернет.

Подробнее...

Наш репертуар

Сентябрь-Октябрь 2018

Наши партнеры

Министерство культуры Российской Федерации

Министерство культуры Республики Башкортостан

Информационное агентство Башинформ

Культурный мир Башкортостана

2018 - Год Семьи

2018 год объявлен в Башкортостане Годом семьи

НовостиКлим Калитов и его «капелляне»

Вернуться назад

Клим Калитов и его «капелляне»

Автор: Елена ШАРОВА / газета "Республика Башкортостан"

Дата: 28.08.2018

Принцип работы дирижёра, как и врача, — не навреди! — считает руководитель хора мальчиков

Попасть в капеллу легко: главное — желание петь.

В мае состоялось приметное событие в культурной жизни республики. Или, по крайней мере, в жизни тех, кто только ступает на творческую тропу. В филармонии прошел первый отчетный концерт капеллы мальчиков под руководством супругов Клима и Юлии Калитовых.

Капелла была создана осенью 2014 года Александром Алексеевым, ныне главным хормейстером театра оперы и балета. А через два года «капеллян» взял под свое заботливое крылышко молодой и энергичный Клим Калитов, между прочим, лауреат межрегионального, дипломант всероссийского конкурсов. Не отставали по части сценических успехов от своего руководителя и его подопечные.

Ребята успели засветиться и на большом экране, снявшись в короткометражном фильме «Храни тебя Бог» уфимского режиссера Камиллы Далгыч (Нугаевой). А на упомянутом концерте юные артисты проявили себя как зрелый коллектив, исполнив вполне взрослую программу из произведений Моцарта, Перголези, Фертельмейстера. И заслужили эксклюзив — два произведения современного башкирского композитора Алины Ахметовой, написанные специально для капеллы.

Первый раз — в первый и десятый класс

— Вы в семье один такой — музыкальный, или ваши родители как-то связаны с творчеством?


— Я такой один: мама работала поваром в школе, отец — тракторист. Мама любит петь, но особыми данными не обладает.


Петь очень любила и бабушка. В детсад я не ходил, а воспитывала меня как раз она. Русским языком бабушка практически не владела, у меня вообще-то мама татарка, а отец мариец. Ну и я пел в детстве на татарском, наслушавшись бабушку.


Родители рассказывали, что, когда приходили с работы, я сажал всех — их, двух братьев и сестру — в ряд и устраивал концерт на пару с бабушкой. Это было целое костюмированное представление: из подручного материала сооружалось подобие концертного одеяния.
Родился я в Татышлинском районе в деревне Арибаш, практически местной звездой был, потому что мои «пробы голоса» и в школе приметили — ни один концерт без меня не обходился.


Учась в десятом классе, начал на попутках ездить в Татышлы — это в семи километрах от Арибаша. Там были и музыкальная школа, и ДК, и Дворец пионеров. Я начал заниматься в музыкальной школе в классе баяна и ходил на вокал во Дворец пионеров. Вообще, это забавно было: учась в десятом классе, я пошел в первый класс музыкалки, сидел за партой с малышами. Почему-то меня это совсем не смущало, видимо, так хотелось заниматься.


А впереди маячила проблема: мне — 14 лет, началась ломка голоса, и никого не было, чтобы объяснить, что это нормально. Я не понимал, что происходит, и впадал прямо-таки в депрессию.


Баян я бросил, а вот учиться вокалу, уже на профессиональном уровне, мне понравилось. Тут ведь еще что: когда в детстве я участвовал в конкурсах, никогда при всей своей любви к пению мест призовых не занимал. Я этого не понимал: я классный, я звезда, крутой такой, а мне ничего не дают! Вот когда начал заниматься профессионально, все понял: насколько же я был музыкально неграмотен.


Я заканчивал десятый класс, и педагог по музыке предложила поступать в училище искусств. Тогда как раз только начинались пробные ЕГЭ, мы все их ужасно боялись, и я просто сбежал от них из школы.


И поступил в педколледж № 2. По словам моей учительницы, там, в отличие от училища искусств, занимались с любым. Меня ждала профессия «училки музыки». Это не смущало меня тоже. Как и моих родителей, которые никогда не вмешивались в мою учебу.


Педколледж закончил с красным дипломом, при том что учиться там было тяжело: требования предъявлялись высокие. И тут я вдруг представил себя, мужчину, в роли учителя музыки в детсаду или школе. И вспомнил, что мечтал-то я стать вокалистом, и учитель в колледже у меня был замечательный — Светлана Слягузова. Я бегал к ней даже тогда, когда у меня не было занятий. С ее подачи выступал на всех концертах, участвовал в конкурсах и уже начал брать призовые места — наконец-то!


Был я «ботаном», многих этим раздражал. Но на четвертом курсе у меня сменился педагог, я захандрил и сдал сессию на двойки. Вот тогда и попал в руки очень хорошего учителя по дирижированию Ляле Утяшевой.


Собственно, жизнь моя изменилась еще на третьем курсе — я стал петь в знаменитом хоре Кирилло-Мефодиевского храма у Татьяны Гончаренко. Правда, петь — громко сказано: полноправным членом хора я стал года через полтора. У меня не было навыков читки с листа, пения в многоголосье, не было нужной музыкальной базы. Удивительно, что регент меня терпела и говорила: «Ничего, встроишься». И я встроился. Кроме всего прочего, это был еще и заработок: время тяжелое, родители стояли на бирже, а я получал 2,5— 3 тысячи плюс 700 рублей стипендия. Богач! Сам стал одеваться даже.


Мне начала нравится хоровая музыка, работа с коллективом. А в 2010 году я поехал на конкурс дирижеров в Самару и занял там первое место. И решил поступать в институт искусств на дирижерско-хоровое отделение.


— У вас очень редкое, по нынешним временам, имя…


— Мне оно нравится. Я думаю: «Я это сделаю, я же Клим!» Клим, вообще-то, переводится как «милостивый, добродушный». Видимо, это немного мешает в моей работе, ведь я по характеру как раз имени и соответствую. Только детям об этом знать не надо.


А назвал меня так дедушка-сосед Ак-бабай. Мои родители как-то и не заморачивались. Я родился, зашел к нам этот дедушка. Как, спрашивает, назвали? — «Не назвали еще». — «Назовите Клим — красивое имя». — «А и хорошо». Мама меня в детстве дразнила: «Эх, Климентий — неументий, не умеешь суп варить. Взял картошку, соль и ложку, а воды забыл налить».

«Гудошники» принимаются

— Как случилась в вашей жизни капелла мальчиков?


— Капеллу организовал нынешний главный хормейстер театра оперы и балета Александр Алексеев, когда работал в филармонии директором по концертной деятельности. И пригласил меня помощником. Сначала я засомневался, но как-то раз дал себе слово: никогда не говорить «никогда».


Я ведь никогда не собирался работать с детским хором — только со взрослым. И вот пожалуйста!


Когда Александр ушел в театр, сказал: «Клим, вперед, продолжай!».


— Как мальчики приходят в хор: сами или родители приводят? И кого из них вы берете?


— Попасть в наш хор легко: условие одно — желание петь. Изначально было задумано, что петь у нас будут только дети, специально нацеленные на музыку, талантливые. Но так не получилось. Учиться в музыкальной школе и совмещать это с хоровым пением очень тяжело. И к нам приходят все, кто не хочет углубленно учиться музыке, а хочет просто попеть. Их много. Я даже беру в хор «гудошников» — детей, у которых нет данных. И мне очень интересно с ними работать, хотя сначала я не ставлю их в хор.


— А как же «медведь, который на ухо наступил»?


— В этом возрасте медведь не страшен. Запеть может любой. Были такие дети, но и они потихоньку запели, через год, полтора. Занимаюсь я с ними индивидуально. Поющего научить легко, а попробуй непоющего! Это огромная победа. А какое они сами получают удовольствие, как у них блестят глаза! А родители!


— Помогло вам то, что вы заканчивали педагогический колледж?


— Дети очень загружены в школах, приходят на хор вечером. Уже уставшие, а их надо как-то взбодрить, привлечь их внимание. Это приходится делать по-разному. Я пытаюсь быть интересным. Нет ничего хуже скуки.


Подбираю репертуар, преподношу его в игровой форме. Разучиваем много произведений с движениями. Пытаюсь разговаривать с ними на одном языке — я же сам молодой, стараюсь подшутить, изобразить их пение в утрированном виде — это ребят очень забавляет. Да, немного расхолаживает, я, конечно, по молодости не очень угрожающе выгляжу — ну, ищем золотую середину. Хор — это не скучно, и это главное, что должны понять мои ребята.


Вообще у меня нынче нехороший год: дети подросли — им по 12 — 13 лет, придется работать с ними очень осторожно, бережно. Голос мальчика — хрупкий инструмент.


Когда я только начал работать с детьми, мне сказали: «Клим, самое главное — не навреди!» Конкурсы, дипломы — это не столь уж и важно, главное — не сломать их в детстве, ведь музыка может стать чьей-то судьбой. Бывает, что чрезмерное навязанное усердие приводит к тому, что у детей появляются на голосовых связках узлы в 10 лет — от форсирования звука, неправильной постановки голоса. Покалечить легко, исправить — очень трудно.

Моцарт против Пахмутовой

— А теорией вы с ними занимаетесь?


— Хотелось бы, но это невозможно. Состав хора разношерстный: одному ребенку шесть лет, другому тринадцать. Один занимается музыкой профессионально и схватывает все на лету, другой поет «около звука». Поэтому я позиционирую наш хор как детский самодеятельный.


— Какие произведения входят в ваш репертуар, нравятся детям?


— Знаете, я ошибся, когда только начал работать. Думал, что надо детям давать что-то доступное, на русском языке. Советскую классику, Пахмутову, «Крылатые качели». Но оказалось, для этих песен нужен хор помощней, побольше числом: 50 — 80 человек. А у меня 15 — 18 детей.


Европейская же музыка этого не требует. Она писалась для мальчиков, для церковных небольших хоров. Я начал предлагать им Моцарта на латинском языке, Перголези, это посоветовал мне Алексеев. Как они заинтересовались — я даже не ожидал! Латынь им интересна — ну так ведь эти произведения для таких, как они, и были написаны.


Сейчас дети очень умные — быстро схватывают. За одну репетицию заучивают латинские слова наизусть.


— Хор существует уже около пяти лет. Чем можете похвастаться?


— Самый большой успех: в прошлом году мы участвовали во Всероссийском конкурсе исполнительских искусств «Золотая лестница», прошедшем в Стерлитамаке. Взяли Гран-при. Первое место в номинации «Соло» тоже досталось нашему мальчику — Искандеру Арсланову. Он же лауреат II степени Всероссийского конкурса патриотической песни имени Федора Ушакова. Кстати, в этом году Искандер поступил в хоровое училище имени Свешникова. Его заканчивали Родион Щедрин, Минин. Искандер виолончелист вообще-то, а позанимавшись у нас, перебежал в хоровое отделение. Родители молодцы — прислушались к ребенку.


Мы — дипломанты Всероссийского конкурса «Одаренные дети России: золотые голоса», дипломанты Всероссийского конкурса «Хоровая радуга» имени Ш. Баймухаметова.
Я хочу, чтобы дети почувствовали вкус победы, спортивный азарт, чтобы они не боялись зала. Поэтому стараюсь максимально часто выводить их на сцену.

 

— Хор — это команда. Не стремятся мальчики все же как-то выбиться в солисты?


— А я это приветствую. Я не люблю, когда в хоре люди боятся петь соло. Страшно выделиться, страшно остаться одному… Я стараюсь, чтобы дети не теряли свою индивидуальность, и часто даю им спеть соло, хотя бы две строчки. Хочу, чтобы они выходили из зоны комфорта. Это развивает голос: хорист и солист — это разный вокал.

 

Елена ШАРОВА / газета "Республика Башкортостан" 

 

Добавить комментарий
Добавить комментарий
Имя *:
Сообщение *:
Сложите * : 41 + 20

Вернуться назад